Пожалуй, самый красивый мужчина, которого я видела в жизни,

 был молодой бедуин по имени Абдалла, с явной примесью эфиопской крови, очень смуглый, с необыкновенно тонкими и полными благородства и спокойствия чертами лица. Мы встретили его в ночном восхождении на гору Моисея в Синае, он был нашим проводником. Он поднимался и спускался по склонам в ночи и в утреннем сумраке в своём одеянии совершившего хадж так же легко, как, наверно, делал это и до посещения Мекки. Полное покоя достоинство отличало его даже от своих неторопливых и немногословных соплеменников. Разительный, удивительный для европейского глаза контраст с суетливыми, слабыми, эгоистичными, и, наверное, поэтому малопривлекательными представителями так называемого цивилизованного общества.